SHELL В БЕЛАРУСИ


Историю нефтяного бизнеса в Беларуси написали Нобель, «Шелл» и «Ойль»

Нефтяная и нефтеперерабатывающая отрасли и собственно формирование в Беларуси нефтяного рынка начинались вовсе даже не с комсомольских строек крупнейших в Европе заводов в Новополоцке и Мозыре и добычи первых тонн собственного «черного золота» под Речицей. И отнюдь не фирма «Юкола» первой из белорусских коммерческих структур проторила дорожку к нефтеносным площадкам за пределами Беларуси. История белорусской нефтяной отрасли началась в конце XIX века, с того самого момента, когда петербургского промышленника со шведскими корнями Людвига Нобеля угораздило в 1870-х годах поехать в командировку на Кавказ в поисках подходящей древесины для прикладов ружей, выпускаемых его военным заводом. Людвиг Нобель, родной брат изобретателя динамита и Нобелевской премии Альфреда Нобеля, не нашел там древесины, зато нашел нефть.

Начало

Вслед за шведом Нобелем на российские нефтеносные площадки в Баку, Дагестане, Чечне, Грузии, на Кубани и Тамани, в Средней Азии и Сахалине чередой потянулись и другие предприниматели. Кого только не было среди них: потомки местных князей и эмиров, родственники главного жандарма империи Бенкендорфа, железнодорожные короли и выдающиеся финансисты, Ротшильды и Рокфеллеры, англичане, американцы, австралийцы, австрийцы, французы и бельгийцы, немцы и датчане, голландцы и румыны… За пару десятков лет они инвестировали в российские нефтяные промыслы, заводы, нефтепроводы, танкеры, вагоны-цистерны сотни миллионов рублей, фунтов, долларов, марок и франков. Россия уже тогда, без еще не открытых самых богатых месторождений в Западной Сибири, была одним из главным производителей нефти и нефтепродуктов на мировом рынке.
Осевшие на ее запасах нефти местные и международные финансовые структуры поделили не только внешний, но и внутренний рынок одного из самых больших в мире государств — Российской империи. Беларусь, составная часть империи, оказалась в сфере влияния нескольких крупных нефтяных концернов. Самыми значительными долями на дореволюционном белорусском рынке нефти и нефтепродуктов обладали мощные группы — российская Нобеля, английская «Шелл» (позже англо-голландская «Ройал Датч Шелл») и российско-англо-французская «Ойль».

Нобель — главный

Главным поставщиком нефти и нефтепродуктов для нужд белорусской экономики в конце XIX — начале XX вв. стал концерн Нобеля. К Первой мировой войне ему принадлежали нефтяные участки в Бакинском районе, Дагестане, Чечне, на восточном побережье Каспия, которые сейчас составляют основу нефтяного величия Туркменбаши. Концерн добывал «черное золото» также в Ферганской долине, а после начала войны начал осваивать иранскую нефть.
«Жемчужиной» нобелевской группы было основанное в 1879 году «Товарищество нефтяного производства Бр. Нобель». Помимо самих промыслов в его структуру входили нефтеперегонные и химические заводы, доки, речные и морские танкеры. Перед войной это была крупнейшая нефтедобывающая и нефтеперерабатывающая фирма России. В 1913 году только мазута было произведено 31,1 млн пудов, потом шел керосин (16,9 млн пудов), смазочные масла (5,5 млн пудов) и бензин (800 тыс. пудов). Ежегодный объем производства компании составлял около 100 млн рублей.
Концерн Нобеля на мировом рынке был серьезным конкурентом группам Рокфеллера, Королевской голландской компании и английскому тресту «Шелл». Он являлся головной структурой «Европейского нефтяного союза», созданного европейскими производителями и потребителями нефтепродуктов в XX веке для объединения усилий в борьбе против американского керосина. Около трети акций Нобеля с этой целью даже будет продано немецкому банку «Дисконто-Гезельшафт».
Если войны на внешних фронтах проходили для Нобеля с переменным успехом, то на внутреннем рынке он был безоговорочным лидером. Единственным серьезным конкурентом (да и то только по одной позиции — керосину) была группа «Ойль».
По территории империи продукцию Нобеля (сырую нефть, керосин, бензин, мазут, разнообразные масла) развозили в 1,5 тыс. собственных вагонов-цистерн. У Нобеля уже к 1905 году действовало 105 отделений, а при них почти 5,5 тыс. резервуаров для хранения нефти и нефтепродуктов. Часть из них была собственностью фирмы, часть работала по франчайзингу. При крупных региональных отделениях возводились механические мастерские и бондарни.
Белорусские губернии попали в орбиту интересов Нобеля в конце 1880-х годов. Первой была Минская, где фирма начала платить налоги в 1887 году. Один из первых действующих на постоянной основе складов был открыт в конце 1890-х в Витебске. К 1905 году Нобелю принадлежали резервуары также в Минске, Борисове, Брест-Литовске, Гродно, Могилеве, Орше, Полоцке и Сморгони. Перед войной сбытовая сеть была расширена за счет Гомеля, Пинска, Пуховичей и Радошковичей.

Старый добрый «Шелл»

Английский концерн «Шелл» в отличие от Нобеля и «Ойля», которые не дожили до нынешних времен, до сих пор входит в число ведущих мировых нефтяных компаний. А в начале XX в. он являлся главным конкурентом рокфеллеровского «Стандарт Ойла». Перед самой войной, скупив российские нефтяные активы у парижского финансиста Ротшильда, «Шелл», уже будучи с 1907 года объединенным в англо-голландскую группу «Ройал Датч Шелл», создал свою мощную структуру и на российском рынке. В нее вошли 12 российских, английских и французских компаний, работавших на нефтяных промыслах Российской империи. Среди них оказалось созданное в 1889 году нефтепромышленное и торговое общество «Мазут». В рамках российского бизнеса «Шелла» эта компания выполняла функции транспортной и оптово-розничной компании, имея в наличии собственные нефтепроводы, суда, цистерны и сбытовые организации.
Самое крупное отделение «Мазута» в Беларуси было создано в Минске в 1901 году. Местные представители компании обратились к властям с посланием следующего содержания: «Мазут» с целью противодействия практикующемуся на местном рынке искусственному повышению цен на керосин желает увеличить отпуск керосина в Минске до того размера, при котором возможно будет парализовать повышение цены». Минские власти оценили тон предложения и разрешили фирме открыть склад не только керосина, но и мазута.
Нобель и «Шелл», конкурируя до победного конца на внешнем рынке, в России являлись добрыми партнерами. Через совместное предприятие они осваивали рынки Дальнего Востока и Маньчжурии. В 1905-1914 гг. Нобель и «Мазут» даже работали в рамках картеля, а после достигли соглашения о разделе внутреннего российского рынка для борьбы против их главного противника здесь — группы «Ойль».

«Ойль» — против всех

Центральный офис Русской генеральной нефтяной корпорации (в просторечье — «Ойль») размещался в Лондоне. У российских капиталистов в «Ойле» было 50% акций, у англичан и французов — по 25%. «Куратором» группы был Русско-Азиатский банк.
В структуру этой группы, конкурировавшей на равных с Нобелем и «Шеллом» вместе взятыми, входили 6 крупных нефтедобывающих и нефперерабатывающих производств России. В их числе было, к примеру, старейшее предприятие отрасли — Бакинское нефтяное общество. Оно было учреждено в 1874 году идеологом и практиком российского спиртового промысла В.Кокоревым и железнодорожным подрядчиком П.Губониным, известным в Беларуси строительством Орловско-Витебской магистрали, в России — сооружением Храма Христа Спасителя, а в Украине — первыми инвестициями в курорты Крыма, из которого он хотел сделать новый Лазурный берег.
В «Ойль» также входили фирмы Манташева, Лианозова, «Русское товарищество «Нефть», «Каспийское товарищество» и «Московско-Кавказское нефтяное и промышленно-торговое товарищество». Эти компании добывали нефть в Баку, в Чечне, на Кубани, в Оренбуржье, в Средней Азии. Товарищество «Нефть» в 1916 году начнет разведку в Ухте, первым обнаружив тимано-печорскую нефть. Нефтеперерабатывающие заводы группы выпускали полный ассортимент нефтепродуктов для внутреннего рынка и на экспорт.
Эти шесть обществ, в свою очередь, контролировали еще 16 нефтяных фирм России, имели партнерские соглашения с крупнейшими транспортными предприятиями империи.
Центральной сбытовой организации в отличие от Нобеля и «Шелла» у группы не было. Участники «Ойля» работали на рынках самостоятельно. В белорусских губерниях это были фирма «А.И.Манташев и Ко» и «Каспийское товарищество». Манташев, известный тем, что он фактически контролировал рынок Египта (у компании там находилось 14 отделений и жестяно-ящичный завод в Александрии), на российском рынке имел 33 отделения. В том числе в Минске и Витебске. «Каспийское товарищество» было представлено также на минском рынке и в Могилеве.
Кроме 6 головных и 16 аффилированных с ними предприятий к «Ойлю» примыкала группа полузависимых аутсайдеров. В их число входило нефтепромышленное и торговое общество «Варинские техно-химические заводы И.Н.Тер-Акопова». Этой фирме принадлежали промыслы в Баку, нефтеперерабатывающий завод в селе Варя Нижегородской губернии, собственный флот и цистерны, а также несколько сбытовых точек. Одна из них действовала в Сморгони.

Каждый сам за себя

Число аутсайдеров нефтяного рынка России постоянно сокращалось в процессе консолидации отрасли. Некоторые из них соглашались с поглощениями, другие пытались искать новые рынки для сбыта, в том числе и в Беларуси.
К последним принадлежали астраханские нефтетрейдеры и пароходчики братья Андрей, Александр и Антон Меркульевы. Перед самой войной они, объединившись с киевским купцом Кеником, открыли оптовый склад керосина в Минске. Братьям Меркульевым фактически принадлежало и АО «Океан», содержавшее речные и морские (в том числе до портов Дальнего Востока) пароходные линии и заодно занимавшееся оптовой продажей соли и нефтепродуктов. Меркульевы осели в Беларуси на Припяти. Конторы и склады «Океана» были созданы в Гомеле, Мозыре, Петрикове и Лоеве.
Свой склад в Пинске содержали некоторое время владельцы одного из бакинских нефтеперерабатывающих заводов купцы Быховские. А вообще к началу войны в белорусских губерниях торговлей нефтепродуктами занималось около двух десятков местных бизнесменов. Товар шел как на бытовые нужды (керосин), так и для обеспечения энергоресурсами промышленных производств. Крупный белорусский фанерщик Иероним Кеневич с этой целью открыл склады на станции Копацевичи. Перед войной в Беларуси отмечался рост спроса на бензин. Во многом это было вызвано активной автомобилизацией региона. В 1911 году виленский бизнесмен Василий Щербаков связал автобусным сообщением несколько десятков населенных пунктов современных Беларуси, Латвии, Литвы, Украины, Польши и России.

Свой нефтяник

Этот исторический очерк о развитии нефтяного рынка в Беларуси был бы не полным, если бы мы не упомянули имя Шмерки Мнухина. Именно этого витебского купца можно назвать первым белорусским нефтяником. А вернее сказать, нефтепереработчиком.
Начинал Мнухин с торговли мануфактурой и гарным маслом (оно производилось из растительного сырья и использовалось для освещения в лампадах). С появлением на белорусском рынке нефти Мнухин построил в Витебске небольшой нефтеочистительный завод. Это было весьма примитивное производство, не приносившее бизнесмену больших дивидендов. Поэтому, когда в результате несчастного случая заводик сгорел, Мнухин собрался и поехал делать бизнес поближе к большой нефти. Таковым для него и многих других бизнесменов тогда был Нижний Новгород с его окрестностями, где сходились караваны танкеров с каспийской нефтью. Там он в 1899 году совместно с рогачевским предпринимателем Миркиным построил маслобойный завод, который к началу войны освоил переработку сырой нефти в керосин. Также предприятие выпускало и смазочные масла. Уже в военные годы Мнухин привлек в производство инвестиции, и на его базе возникла фирма — АО «Волжского маслобойного завода, бывш. Ш.И.Мнухина».


Вадим СЕХОВИЧ
По материалам БДГ (Минск, Беларусь)

ООО «Остров сокровищ» © 2017